Мой сын — Павлик Морозов.

Изображение 024

Доброго вам дня, мой дорогой читатель. Давненько я не писал ничего на данном сайте. Просто навалилось много работы оффлайн. Ну да ладно. Начинаю свою серию баек. Прожит уже первый пятидесяток, есть чем поделиться с тобой. Есть чем поднять настроение. Итак байка первая.

Конечно же моего сына зовут не Павел, а Пётр. И фамилия у него пока Малинин (хочет при получении паспорта поменять на мою). Но была в его жизни история, когда он конкретно любимого папку чуть не отправил в милицию.

Как наверное большинство актёрских детей мой сын в детстве снимался в различных фильмах играю небольшие эпизодические роли. Был страшно горд. Причём не тем, что снимается в кино, а тем, что ему, как взрослому платят деньги. Обычно после съёмок мы всегда с ним дома обсуждали, как он сегодня работал на площадке. Я специально с детства говорил именно так, чтобы он понимал, что пришёл работать, все свои хочухи и капризули в сторону.

И вот снимался он в очередном ментовско бандитском сериале, играл беспризорника который на рынке толкал героин. Отработал, получил свой актёрский гонорар, переоделся, отмылся и пошли мы с ним на остановку. Подъехала маршрутка. Мы сели, и…… (надо сказать, что Петьке тогда было только 6 лет и как все дети говорил он достаточно громко). Сын усевшись напротив меня, как только маршрутка тронулась, видимо не смог дотерпеть до дома и на всю маршрутку выдал : «Папа, а я сегодня хорошо героин продавал?». В маршрутке не только стихли все разговоры, а даже у водителя поперхнулась и замолкла заунывная таджикская песня. Муха прекратила биться о стекло и  приземлившись ждала продолжение. В наступившей тишине я сказал : «Да, сыночка, сегодня очень хорошо. Как никогда.» Довольный и счастливый «Павлик Морозов» принялся за конфеты, которыми его одарили наши гримёрши, А я приготовился к захвату и быстро соображал кому звонить, чтобы они подтвердили, что я не колумбийский наркобарон путешествующий с сыном по России, а всего лишь актёр. В полной тишине мы доехали до Киевского вокзала.

И ничего. Никто никуда не позвонил. Водитель так усиленно отворачивался, показывая, что ему нет никакого дела до нас, что я побоялся, что он свернёт себе шею.

Когда вечером я рассказал эту байку на собачьей площадке — ржали все. Кроме моего сына, который долго не мог понять, что он сделал не так. Сейчас ему уже 12 с половиной лет и мы с ним нет нет, да и вспомним тот случай.

Be the first to comment

Leave a comment

Your email address will not be published.


*